Карл Иваныч (karlivanych) wrote,
Карл Иваныч
karlivanych

псиной пахнет

мучительная пьеса на троих

действующие лица: гиперкубик, лавровский, пес сенька

сцена первая

гиперкубик сильно беспокоится о состоянии своего здоровья.

пес сенька [тоже заводясь]: так а мне, если уж мы подняли эту тему, нужен куда лучший уход, чем ты обеспечиваешь, но я же молчу.
гиперкубик [потный, бледный, лысоватый]: и молчи, особенно сейчас. [рвет наволочку на равнобедренные треугольники] не выводи меня, а то я тебя не выведу.
пес сенька
[иронически, через паузу]: зря ты когда-то оставил сцену. [сплевывает] у тебя, вероятно, тогда был талант, а теперь есть тяжелый характер.
гиперкубик [рассматривая свои пятнистые руки, очень тихо]: да ты меня и на сцене ни разу не видел. откуда тебе знать, зря не зря.
пес сенька
[отмахиваясь]: и слава богу, что не видел. не поклонник эстрады.
гиперкубик
[раздражаясь]: сколько снобизма от обыкновенной собаки.
пес сенька [насмешливо]: а ты не замечал, как сузился в последнее время твой круг общения?
гиперкубик
[сухо]: когда человек болеет...

пес сенька закатывает глаза.

сцена вторая

гиперкубик просто нервничает.

пес сенька [злобно драит пол, стоя кверху задницей]: воду мне поменяй. [отирает пот со лба]
гиперкубик [растерянно]: сеня, ты ведь только делаешь вид, что моешь, чистая пантомима, ни ведра, ни тряпки.
пес сенька
[смерив гиперкубика уничтожающим взглядом]: тяжелый, говорю, ты человек.
гиперкубик
[пшикая в горло что-то удушливо пахнущее из большого баллона]: я отяжелел, увидев себя изнутри. все эти сочленения, жилы, гладкую мускулатуру, большой сальник, малый сальник, ободочную кишку обаятельную кишку.
пес сенька [морщась]: а можно без эстрады обойтись? обаятельную кишку.
гиперкубик [оставив реплику без внимания]: часы не заглядывают внутрь себя, чтобы не остановиться, а я заглянул.

пес сенька [оживленно]: я же рассказывал, как полтора года из часов за кукушку высовывался?
гиперкубик [вдруг гладит пса сеньку]: ты хороший, хороший пес. хорошая такая собака.
пес сенька
[зло]: дурак.

сцена третья

гиперкубик остро переживает давний крах своей карьеры.

лавровский [врываясь]: валя, не обращай внимания, что я голый!
гиперкубик
[через силу улыбаясь]: ну хорошо.
лавровский [нацеживает себе молочной сыворотки через нечистую марлю]: девятнадцать лет я мыл голову водой от чистки зубов, по ночам обкладывал тело пустыми тюбиками крема для рук, спал на листах ватмана везде, где мне они попадались, теперь я хочу, чтобы ты повторил мой путь от первой до последней точки.
гиперкубик [с надеждой]: но ты не сказал, чем это для тебя кончилось.

лавровский [устало]: да ничем, валя. [закуривая] важен режим, сетка, жесткий график, четкие цели и доступные средства. это как каникулы. кончились, и ты ничего не успел без плана. а тут кончилась молодость, и ты успел буквально все, ну, я уже тебе перечислил. поднимайся.

гиперкубик [неуверенно]: не с кем оставить собаку.
лавровский [равнодушно]: собак я оставлял с подшивкой старых журналов и мешком кислых яблок.
пес сенька [лениво]: лавровский, знаете всеволода витальевича из тридцать седьмой квартиры?
лавровский
[приподняв одну бровь]: и?
пес сенька [очень серьезно]: он на пенсии. [лавровский полностью теряет интерес] но! у него есть лист ватмана. [шепотом] даже два.

лавровский выпрямляется и достает до потолка, щелкает всеми суставами сразу в знак уважения к хозяину дома и уходит в тридцать седьмую квартиру спать на ватмане.

гиперкубик мечется по комнате, переживает а вдруг всеволода витальевича нет дома.
гиперкубик волнуется
а вдруг пес сенька соврал, и в квартире нет ватмана.
гиперкубика бьет нервная дрожь
а если всеволод витальевич будет груб с лавровским.
все-таки лавровский голый и очень старый.


ЗАНАВЕС

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments